Кратко: В палате Чичиков за взятки оформляет купчие и слывёт богачом.
Система держится на взятках и круговой поруке — это пошлость самой власти.
Авторский пересказ «Кратчайшее.рф» — строго в рамках этой части, по тексту произведения.
Седьмая глава открывается раздумьем автора о двух типах писателей — о том, кто тешит читателя возвышенными образами, и о том, кто дерзает вывести на свет «всю страшную, потрясающую тину мелочей». Наутро, выспавшись, довольный Чичиков просматривает свои списки — без малого четыреста душ.
Перебирая имена умерших и беглых крестьян — плотника Степана Пробку, что насмерть сорвался под церковным куполом, спившегося сапожника, бурлака Абакума Фырова, гулявшего на Волге, — Чичиков невольно воображает их живые судьбы. И за сатирой вдруг проступает горькая, любовная дума автора о русском мужике и его доле.
Чтобы закрепить покупки, Чичиков отправляется в гражданскую палату оформлять купчие. По дороге он встречает Манилова, который привёз свою бумагу, любовно свёрнутую в трубочку и перевязанную розовой ленточкой, и снова рассыпается в нежностях.
В палате правит сонная канцелярская волокита, но дело знакомое: нужный чиновник, по прозвищу «кувшинное рыло», берёт мзду — и бумаги вдруг начинают двигаться сами собой. Подоспевает и Собакевич, грузно усаживаясь и по обыкновению браня всех вокруг.
Важный председатель палаты, давний знакомый, берёт дело под покровительство, свидетелей набирают тут же из чиновников, и купчие на сотни «душ» оформлены за считанные часы. Чичиков подтверждает, что выводит крестьян на новые земли в Херсонскую губернию, — и окончательно слывёт богатым помещиком.
По такому случаю всей компанией отправляются пировать к полицмейстеру — «отцу и благодетелю» города, который с купеческих лавок и рыбного ряда брал как с родных. Стол ломится, тосты следуют один за другим.
Захмелевшие чиновники чествуют Чичикова, пьют за его здоровье, за будущих его крестьян, за будущую его жену — и в шутку уже совсем было собираются непременно женить его и удержать в городе навсегда. Совсем размякший герой едет домой, где так же навеселе встречают его Селифан и Петрушка.
Глава обнажает второй полюс «мёртвого» мира — чиновный. Если помещики омертвели каждый в своём углу, то город живёт круговой порукой взяток, лести и пустого радушия, и эта чиновная Россия по существу так же мертва, как и помещичья. На самой вершине благополучия Чичикова Гоголь будто нарочно даёт ему минуту полного торжества — чтобы тем внезапнее обрушить её в следующих главах.