Белый клык — часть 5

После боя Белый Клык долго лежал между жизнью и смертью. Мэтт ухаживал за ранами и постепенно выходил его. Волк ожидал новых мучений, потому что весь прежний опыт связывал человеческую руку с ударом. Когда Уидон Скотт впервые приблизился и заговорил спокойным голосом, Белый Клык зарычал. Он не мог понять добрых намерений, но в голосе нового хозяина не слышалось угрозы. Скотт положил перед ним мясо, потом стал протягивать куски с ладони. Голод боролся с недоверием. Наконец волк осторожно взял пищу, готовый в любой момент отскочить. Скотт не торопил события. День за днём он сидел рядом, разговаривал и медленно приближал руку. Когда ладонь впервые коснулась головы Белого Клыка, всё его тело напряглось, шерсть поднялась, а рычание усилилось. Волк ждал боли, но рука лишь поглаживала его. Прикосновение было неприятным из-за страха и одновременно приносило неизвестное прежде успокоение. Белый Клык терпел ласку и постепенно начал нуждаться в ней. Он признал Скотта хозяином не только потому, что тот кормил и повелевал, но потому, что рядом с ним было безопасно. Однажды Красавчик Смит ночью попытался украсть Белого Клыка. Услышав знакомые шаги и увидев ненавистного мучителя, волк набросился на него. Утром Скотт и Мэтт нашли Смита избитым и перепуганным. В другой раз Скотт уехал на несколько недель. Белый Клык перестал есть, лежал без движения и заболел. Возвращение хозяина мгновенно оживило его. Он прижался головой к Скотту и тихо заскулил, впервые открыто выражая чувство. Мэтт понял, что суровый зверь полюбил человека с такой силой, на какую способна далеко не каждая домашняя собака. Белый Клык защищал собственность хозяина и не позволял посторонним входить без разрешения. Когда Мэтт и Скотт устроили притворную драку, волк сначала растерялся, а затем бросился защищать Скотта. Этот опыт показал, насколько опасной может быть его преданность. Хозяину приходилось учить его сдерживаться и различать настоящую угрозу и игру. Белый Клык осваивал новые запреты, потому что хотел угодить любимому человеку. Раньше он подчинялся, чтобы избежать наказания; теперь контролировал себя ради одобрения. Так любовь стала более сильным законом, чем страх. Когда Скотт решил вернуться в Калифорнию, он считал, что дикому волку будет трудно жить среди ферм, детей и домашнего скота. Белого Клыка оставили на попечение Мэтта. Во время сборов зверь почувствовал приближение разлуки. Его заперли в доме, но он разбил окно, порезался о стекло и выбрался наружу. На пристани Скотт уже собирался подняться на пароход, когда увидел перед собой окровавленного Белого Клыка. Мэтт заметил, что дверь оставалась запертой, и объяснил, каким путём волк совершил побег. Скотт понял, что новая разлука может погубить Белого Клыка. Он отказался от прежних сомнений и взял его на корабль. Для волка шумный пароход, множество людей и исчезающий берег были непонятны, но присутствие хозяина делало любые перемены терпимыми. Северная жизнь научила Белого Клыка сражаться и подчиняться силе, однако только Скотт открыл ему привязанность. Доброта не уничтожила его мощь и осторожность, а направила их на защиту. Теперь герой покидал край, где родился и страдал, чтобы пройти последнее испытание: научиться мирно жить в человеческой семье, не отказываясь от своей волчьей природы.