Маркита — часть 1

В душном русском кафе пахло шоколадом, табаком и нагретым шёлком нарядных платьев. Раскрасневшиеся посетительницы старались держаться гордо и томно, однако при виде пирожных забывали о светской манере и начинали торопливо есть. Между тесно поставленными столиками пробирались служащие девушки, которых рассказчик с иронией называл губернаторскими дочками. Они путались во французской обстановке и повторяли заказы на неправильном языке. Кафе принадлежало русским эмигрантам, поэтому обычное чаепитие сопровождалось музыкой и самодеятельными номерами. За внешним весельем чувствовалась нужда: люди выступали не ради славы, а потому, что каждому требовалось зарабатывать на жизнь.

Сначала на маленькой сцене появился высокий голубоглазый бывший семинарист. Он старательно изображал грозный танец апаша и свирепо перебрасывал худенькую партнёршу, но его доброе, смущённое лицо словно извинялось перед публикой за такую работу. Затем вышла Раичка Блюм, объявленная цыганской певицей Раисой Цветковой. Она кривила губы, пела в нос и произносила слова так, как, по её представлению, должны были петь настоящие цыганки. Тэффи добродушно смеётся над этими артистами, но одновременно сочувствует им: вдали от родины образованные и когда-то обеспеченные люди вынуждены разыгрывать чужие роли, чтобы получить хотя бы небольшой заработок.

Следующим номером стала Сашенька, или Александра Петровна. Она вышла испуганная, незаметно перекрестилась и строго погрозила пальцем маленькому сыну Котьке, чтобы тот сидел тихо. Большеголовый мальчик едва возвышался над столом: над блюдечком с пирожным виднелся только его круглый нос. Убедившись, что сын слушается, Сашенька подбоченилась, подняла такой же круглый нос, по-испански повела бровями и запела песню о красавице Марките. Несмотря на робость и немного смешные сценические движения, пела она чисто и искренне. Слова звучали просто и убедительно, поэтому выступление понравилось публике.

Вернувшись за столик, всё ещё взволнованная Сашенька прежде всего поцеловала Котьку. Она похвалила его за хорошее поведение и разрешила съесть сладкое. Раичка, сидевшая рядом, вместо того чтобы заметить нежность этой сцены, стала торопить подругу. Она сообщила, что возле двери на Сашеньку смотрят хозяин заведения и его богатый знакомый татарин с чёрным носом. Раичка требовала, чтобы певица немедленно улыбнулась поклоннику, и возмущалась её непониманием светских правил. Когда женщины уходили, продавщица передала Котьке коробку конфет от неизвестного дарителя. Было ясно, что подарок предназначался прежде всего для того, чтобы обратить на себя внимание его матери.

На улице Раичка принялась объяснять Сашеньке, как следует устраивать личную жизнь. По её мнению, ребёнок мог только отпугнуть мужчину напоминанием о домашних хлопотах. Женщина якобы должна была оставаться загадочным цветком, а не показывать поклоннику повседневные заботы. Раичка советовала оставлять Котьку с какой-нибудь тётей. Услышав, что никакой тёти нет, она заставила Сашеньку почувствовать себя виноватой даже в этом. Затем советчица вспомнила посетителя Шнутреля, который дважды приходил слушать Сашеньку, и предположила, что та наверняка оттолкнула его рассказами о бросившем её муже. Сашенька возразила, но её густой румянец подтвердил Раичкину догадку.

Раичка объявила, что настоящая женщина должна быть жестокой, огненной и похожей на Кармен. В доказательство своей опытности она стала рассказывать невероятные истории о Николаеве, который в её воспоминаниях превращался в столицу страстей. Там она будто бы соединяла качества Кармен, Клеопатры, Мадонны и искусной шляпницы. Робкая Сашенька слушала её со страхом и уважением. Она не понимала, что самоуверенная подруга тоже всё время играет придуманную роль. Так в сознании Сашеньки появилась опасная мысль: её настоящие чувства и забота о сыне якобы мешают счастью, а добиться любви можно только с помощью красивой маски. Именно эта ошибка вскоре определила судьбу героини.