Кысь — часть 2

Среди жителей Фёдор-Кузьмичска выделяются Прежние — люди, пережившие Взрыв. Они почти не стареют, и это тоже считается Последствием. Прежние помнят электричество, транспорт, библиотеки, государственные учреждения и нормальную человеческую пищу. Для голубчиков их рассказы звучат как выдумки, потому что подтвердить прошлое почти нечем. Между двумя поколениями нет общего языка: знакомые Прежним слова получили новый смысл или превратились в непонятные заклинания. Поэтому живая память существует рядом с беспамятством, но редко способна его победить.

Главным наставником Бенедикта становится Никита Иваныч. До Взрыва он принадлежал к образованным людям, а теперь служит истопником. Его положение кажется низким, однако внутренне он свободнее большинства горожан. Никита Иваныч не принимает официальную ложь, возмущается одичанием речи и пытается сохранить представление о человеческом достоинстве. Он постоянно поправляет слова голубчиков и напоминает о нравственных правилах. Бенедикт уважает старика, хотя часто не понимает, почему тот сердится из-за выражений, кажущихся герою естественными.

Никита Иваныч рассказывает о Пушкине, которого считает важнейшим символом русской культуры. Он хочет поставить поэту памятник и поручает Бенедикту вырезать фигуру из дерева. Для Прежнего этот труд означает восстановление связи времён и сопротивление духовному распаду. Бенедикт воспринимает задание проще: ему интересно работать топором, изображать кудри и исполнять просьбу уважаемого человека. Он не знает произведений Пушкина как единого авторского мира, ведь многие строки уже объявлены творениями Фёдора Кузьмича.

Работа продвигается медленно. Бенедикт вырезает деревянного Пушкина согласно собственным представлениям о красоте и величии. Образ получается грубым, похожим то на идола, то на обычного мужика. Никита Иваныч пытается объяснить, что важна не внешняя точность, а память о свободном слове. Но его объяснения остаются отвлечёнными для человека, выросшего в мире мышиной экономики и санитарного террора. Памятник становится сатирическим знаком: общество готово почитать непонятную фигуру, не меняя своего отношения к истине и человеку.

Другой Прежний, Лев Львович, более скептически смотрит на культурные замыслы Никиты Иваныча. Он вспоминает прежние идеологические споры, рассуждает о власти, прогрессе и вине интеллигенции. Между Прежними возникают привычные разногласия, пережившие даже конец цивилизации. Автор показывает, что образованность сама по себе также не гарантирует единства и практической мудрости. Однако Никита Иваныч и Лев Львович хотя бы способны критически оценивать происходящее, тогда как голубчики принимают готовые объяснения и почти не задают вопросов.

Бенедикта временами охватывает «фелософия»: он думает о жизни, смерти, красоте и неизвестных землях. Эти приступы показывают, что герой не лишён духовных потребностей. Услышанная строка или рассказ матери могут вызвать у него тоску по чему-то большему, чем сытая изба. Но размышления не складываются в устойчивое мировоззрение. Желание понять мир быстро сменяется суеверным страхом перед Кысью, мечтой о девушке или подсчётом припасов. Внутренняя незрелость делает героя особенно уязвимым для будущей книжной одержимости.

Памятник Пушкину должен был стать точкой культурного возрождения, но остаётся одиноким деревянным истуканом среди грязного города. Голубчики не понимают его назначения и готовы использовать дерево в хозяйственных целях. Так проявляется разрыв между материальным знаком и его смыслом. Сохранить имя поэта недостаточно, если общество не признаёт свободу слова, ценность личности и ответственность перед прошлым. Бенедикт участвует в создании памятника руками, но не принимает его значение душой. Позднее он будет цитировать прочитанное, одновременно совершая поступки, прямо противоположные гуманистическому содержанию литературы.