Кратко: Говэн освобождает Лантенака, после чего Симурдэн осуждает воспитанника и погибает вместе с ним духовно.
Финал показывает, что формально правильный приговор может быть нравственно непереносимым, если закон не учитывает милосердия и внутренней правды поступка.
Авторский пересказ «Кратчайшее.рф» — строго в рамках этой части, по тексту произведения.
Лантенака заключают в камеру и готовят к казни. Для республики дело кажется ясным: захвачен руководитель восстания, виновный в расстрелах и намеревавшийся привести во Францию иностранные войска. Однако Говэн не может забыть увиденное у горящей башни. Он сравнивает два поступка маркиза: прежнюю жестокость и добровольное возвращение ради детей. Если казнить пленного сразу после такого самопожертвования, республика ответит на милосердие неблагодарностью. Говэн понимает и другую опасность: на свободе Лантенак снова может возглавить мятеж. Выбор между общественным долгом и совестью не имеет безопасного решения.
Ночью Говэн приходит к узнику. Между родственниками происходит разговор, в котором Лантенак защищает монархию, род, традицию и старую Францию, а Говэн остается сторонником революции. Молодой командир не меняет политических убеждений и не оправдывает преступления дяди. Он освобождает не роялистского вождя, а человека, который только что поставил чужие жизни выше своей. Говэн отдает Лантенаку одежду, помогает выйти и занимает его место. Когда подмена обнаруживается, маркиз уже далеко. Говэн не бежит от ответственности: он сознательно нарушил декрет и заранее принял возможный смертный приговор.
Собирается военный суд из трех человек. Гешан голосует за смерть, поскольку закон прямо наказывает всякого, кто помог бежать пленному вождю мятежников. Радуб требует оправдания. Для сержанта Говэн — спаситель республики, благородный командир и человек, поступивший по высшему нравственному закону. Голоса разделяются, и решающее слово принадлежит Симурдэну. Перед ним находится воспитанник, которого он любит сильнее собственной жизни. Но комиссар убежден, что судья не имеет права делать исключение даже ради самого дорогого человека. Он произносит смертный приговор, обеспечивая требуемое законом большинство.
После суда Говэн и Симурдэн остаются наедине. Их последний разговор раскрывает различие двух идеалов революции. Симурдэн говорит о строгой республике равенства, дисциплины и принуждения, необходимого для победы над невежеством. Говэн мечтает о свободном обществе, где вместо эшафотов будут школы, вместо страха — просвещение, а человек получит возможность развиваться. Учитель принадлежит суровому настоящему революции, ученик — ее возможному будущему. Симурдэн видит нравственную высоту Говэна, но уже не может отменить собственного решения, не разрушив принцип безусловного подчинения закону.
На рассвете устанавливают гильотину. Солдаты потрясены и готовы восстать, чтобы спасти любимого командира. Симурдэн подавляет их протест одним приказом. Говэн идет на казнь спокойно, потому что считает свой поступок правильным и не желает спасаться ценой нового нарушения долга. Он прощается с наставником. В момент, когда нож гильотины падает и отсекает голову молодого человека, раздается другой выстрел: Симурдэн стреляет себе в сердце. Гюго описывает эту двойную смерть как одновременный уход двух связанных душ — светлой души ученика и мрачной, измученной души учителя.
Формально Симурдэн остается последовательным до конца: закон исполнен, республика не сделала исключения для прославленного командира. Нравственно же приговор обнаруживает поражение фанатизма. Судья не способен жить после торжества своего принципа, потому что человеческое чувство опровергает принятое им решение. Говэн погибает, но его выбор утверждает превосходство милосердия над политической целесообразностью. Лантенак был побежден не оружием, а великодушием: сначала собственным, когда спас детей, затем великодушием племянника. Финал не разрешает исторический конфликт, но дает нравственный ответ: будущее нельзя построить, уничтожая человечность во имя будущего.